У меня губы разбиты

Раннее утро. Телефонный звонок. Кто это? Что случилось? В тревоге хватаю трубку.
--Мама! – голос мужской. Дальше что-то непонятное.
--Кто это? Ты, Олег?
--Я, мама! Мне нужны деньги.
--Что случилось? Зачем деньги? А что с голосом?
--Я подрался с приятелем. У меня губы разбиты…--непонятное бормотание в трубке.
Тут меня осенило. Голос не Олега. Да и в жизни не могло такого случиться. Мой сын сдержан в любых обстоятельствах. И возраст уже не тот. И работает в солидной компании. И должность ответственная. А уж денег-то он бы уж точно не попросил.
Всё это промелькнуло в моей голове за считанные секунды.
-- И что это за Олег такой нашёлся? – окончательно
проснувшись, твердо говорю я.
В ответ – тишина и…гудки.
Звонок этот был в декабре 2009 года. А вспомнила я о нём 14 января 2010 г. По ТВ рассказывалось , как в Уфе, осуждённые за мошенничество, из тюрьмы обвели вокруг пальца таким способом более 60-и человек.

Встреча с Вангой.

Шёл последний десяток 20 века.
Ванга поравнялась со мной, остановилась:
--Жди звонка завтра вечером!
Кто позвонит? Возможно дети, из Хабаровска или из Читы?
Телевизор в доме не работал. Муж ушел смотреть фильм к моему брату. Я осталась дома. Накануне, после лечения 8-летней девочки, я чувствовала себя неважно. Решила прервать сеансы на неделю.
Да ведь и звонок надо ждать. Так просто Ванга во сне не приходит. Я по крупицам собирала в отдельную папку все сообщения в газетах и журналах, которые так и ли иначе касались болгарской ясновидящей.

Расположилась поудобнее в кресле, рядом с телефоном. В ожидании выключила свет.
И опять как бы хлопнула форточка на кухне. И поплыл в воздухе тонкий звук пи-пи-пи. С ним я была уже знакома. Закружился над моей головой.
Вот он –звонок! И мощный поток энергии прошел по голове и груди, так что перехватило дыхание. Опустился дальше, прошел по ногам. Через несколько секунд всё повторилось во 2-й и 3- раз.

Затем звук пи-пи-пи, как бы прощаясь, совершил круг по комнате и уплыл на кухню. Хлопнула форточка.

Это был сеанс моего излечения.

Первый раз этот звук я услышала в 5 часов утра. Накануне мы похоронили свекра. Муж ушел провожать родственников на вокзал. Я дома одна. Мыла посуду и ждала его.

Хлопнула форточка, но не открылась. А в воздухе поплыл звук пи-пи-пи. Я насторожилась, оторопела. Что делать? Пошла в комнату взять листок с молитвой. Села на диван. Звук тоже здесь. Читаю молитву.

А в голове что-то стукнуло раза три – поняла – читать не надо. Отложила листок с молитвой. Пошла на кухню. Звук пи-пи-пи – за мной. Что делать?

Встала спиной к тёплой печке. Звук ещё несколько секунд покружился рядом. Поплыл к форточке. Хлопок. И он пропал.

Алханай – святое место

Взяли мы с сестрой туристические путёвки в Алханай. Это в Забайкалье.

Алханай – одна из святынь буддизма. Здесь особая энергетика. Прекрасные пейзажи, целебные воды горных ручьёв, памятники природы, истории и культуры.

Мы с сестрой Ириной православные христиане. Но давно мечтали побывать в этих местах. Боялись, что можем не успеть – возраст мой 69, сестры 72.

И вот мы на месте. Выдержали более чем трёхчасовой путь по не очень приятной дороге. Устроились в двухместном кемпинге. В лесу. Воздух чистейший, наполнен ароматом трав и леса.

Вечером костёр. И знакомство с соседями. Одна из них одного возраста с нами. Преподаватель геодезии в институте, где учится внук Ирины – Артём.

Она уже не первый раз здесь. Просвятила нас об условиях проживания и отдыха.

Но, как говорится, утро вечера мудренее. Устроились спать на грубо сколоченных тапчанах и жиденьких матрасах.



ПОЧТИ ЩЕНЯЧИЙ ВОСТОРГ.

Утром разбудили птицы и прохлада. В плед бы закутаться и подремать. Но, увы!

Быстро соскакиваем, насколько это возможно в нашем возрасте. Рысью хромой лошади бежим до туалета. Это стометровка без правил. Обратно не спешим, ноги уже всё равно мокрые.

Поют птицы. Попискивают в траве мыши. Один за другим открываются кемпинги. Ёжась отхолода, выбегают их обитатели. Лес наполняется звоном умывальников и голосами продрогших паломников и туристов.

Согрели себя горячим чаем с домашними припасами. Закинули в сумки полотенца, купальники и кружки.

Вливаемся в живую разноцветную «реку» туристов. И движемся вместе с ней в сторону центра комплекса и, надо полагать, к источникам.

Там эта « река» постепенно рассасывается. К вершине источника остаются единицы, жаждущие уединения. Среди них и мы с сестрой.

Слева от кемпингов, скрытые лесом, юрты. А вдоль трассы тянутся « поселения» из палаток и машин.

Мы не торопимся. Любуемся живописными пейзажами. Останавливаемся у щитов с информацией для паломников об истории буддизма, о проводимых экскурсиях и опасностях, подстерегаемых неосторожных туристов.

Вдоль источника – забегаловки с национальными бурятскими и русскими кухнями, раздевалки и немногочисленные деревянные скульптуры.

Основное наше внимание – на ручей. Он пробивается среди камней, как будто они уложены здесь фантазией умелого дизайнера, не нарушившего природную целостность.

Местами ручей расширяет свои границы, образуя «ванны». Уложенные жерди разделяют их на отдельные зоны.


В узких местах можно комфортно расположиться без жердей. Здесь нет вмешательства человека. Камни, вода, дикий не ухоженный лес с обеих сторон и снующие под ногами бурундучки.

Утро. Но отдыхающих здесь уже довольно много. Кое-где целебная водичка течёт по желобкам. Можно подставить любую часть тела под ледяную струю.

Мы пробираемся по каменистым тропинкам вверх по ручью. Нашли уединённое местечко. Посидели, полюбовались. Наконец насмелились.

- Ах! – это Ира первая падает, вернее, ложится в воду.

Затем я следую её примеру. Ледяная вода обжигает, перехватывает дыхание.

30 секунд – и вылетаем из воды, как пробки из бутылки.

Несколько мгновений, и тело начинает приятно гореть. Удивительное чувство очищения. И почти щенячий восторг.

За три дня мы искупались по 5 раз. Попили водички из источников. Они пробиваются из-под камней.

Рядом таблички: для лечения глаз, сердца, желудка и пр. Все они сливаются с большим ручьём.

Соседка наша по кемпингу рассказала о знакомой женщине, приехавшей сюда в третий раз. Первый раз – на носилках, второй – на костылях, а третий – на своих двоих.

Приехавшие на своём транспорте, увозят водичку во флягах домой.





БЕГ С ПРЕПЯТСТВИЯМИ НА 8 КМ.

Бодренько шагаем ранним утром на место сбора. Самый короткий и легкий маршрут – гласит информация. Мы не могли упустить такую возможность. Попались на эту удочку.

Собралось человек 20. Пересекли источник по мосточку, пятиметровую полосу лесных зарослей и уткнулись носами в каменистый склон.



Тропа ведёт вверх, виляя то вправо, то влево. Вперёд смотреть некогда. Карабкаемся по корням деревьев и камням. Они опора для ног.

Камни часто подводят – ноги скользят по мху. Он покрывает и камни, и корни, и почву. Важно вовремя ухватиться за кустарники или ветви деревьев. Иначе съедешь вниз.

Более умные и сообразительные тут же вернулись на базу. Мы этому удивились. У нас настрой был – только вперёд.

В группе все были много моложе нас. Только одна пара – лет под 50. А руководитель группы – молоденькая буряточка-метиска.

Наконец вскарабкались на гору. На вершине её – площадка, нагромождение скальных образований и обрыв далеко вниз.

И люди там как точки. Снизу эту скалу хорошо видно. Как же мы высоко забрались!



Эта гора – первое препятствие. Мы не знаем, сколько их ещё впереди! Если бы знали, возможно, вернулись бы отсюда. И не мы одни.

Идём дальше. Идём – не то слово. Карабкаемся вверх, затем скользим вниз. Хорошо, если находится опора для ног.

Порой несёт тебя Бог весть с какой скоростью. В голове одна мысль – как не проскочить мимо деревца. Только бы успеть ухватиться за него.

- Ух! Успели!

Мы с Ирой подстраховываем друг друга. Подсказываем, где и за что лучше ухватиться. Иной раз съезжаем вниз, потом вперёд – на четвереньках.

Пара, муж с женой, то опережают нас, то отстают. Отставать им, как нам кажется, не нравится – всё-таки на добрую двадцатку моложе.

С ахами, с охами женщина лезет вверх, ловит руку мужа. Он рывком втаскивает её к себе. Забегая вперёд, скажу, что к концу путешествия они были от нас далеко позади.

А мы в основном держались золотой серединки. Молодые, поглядывая на нас, старались не ныть.

Преодолеваем одну гору за другой, один спуск за другим. И каждый раз мелькает мысль: а может это последняя.

Надежды не оправдываются. Скребёмся всё выше и выше.



Наконец-то, впереди Храм Ворота – естественная арка. Сквозь арку видно голубое небо. Но туда ещё надо дойти!

Подбираем по пути камушки. Их кладём на бордюр с двух сторон от тропы. За многие годы он выложен уже довольно высоко.

Пришли. До свода арки от земли 6 метров. Под сводом – буддийская ступа. Храм Ворота образует канал между нашим миром и надземной Шамбалой, по верованиям буддистов.

Отсюда тропа ведёт к Щели Грешников. Тропа крутая, слева крутой склон из камней. Оступишься – покатишься вниз с бешеной скоростью.

Тропа и весь подъём до Щели Грешников – сплошные каменные плитки тёмно-серого гранита.

Здесь можно идти только на четвереньках. Плитки разъезжаются под ногами. Устойчивости никакой. Но мы не в последних рядах.



Подходим к Щели Грешников. Она на высоте почти двух метров. Туда как-то надо ещё забраться. Естественных или других ступенек нет и в помине. Щель – это почти круглое отверстие, небольшое – тучным людям не по зубам.

Люди лезут, подсаживают друг друга. Кто залез – надо проползти там три метра.

Тут уж мы с Ирой сдались. Единогласно. Решили, что путь, уже проделанный нами, очистил нас от грехов наших.

Слева обход. Вскарабкались кое-как и обнаружили тропу к выходу из Щели. Мы были не одни такие. Устроились отдохнуть на площадке у выхода. Обошлось – никто не застрял в проходе. Все очистились. Все довольны.

Путь наш далеко не окончен. Теперь шли и вниз и вверх до Чрева Матери. Это грот, где бездетные просят у Хозяина Горы ребёнка.

Ещё подъём. Ещё собираем камушки. Кладём их на образовавшуюся горку. Здесь нужно обойти её несколько раз, читая молитвы.

Отдых. Небольшой подъём. И тут нам объявили: полчаса хода и спуск на базу.

Мы только вздохнули. И двинулись дальше. Молодёжь убежала вперёд. Теперь уж точно наше экстремальное путешествие заканчивается.

Шли не торопясь. Сначала спуск был пологий, затем всё круче. Ноги скользили по мху, по толстому многолетнему слою листвы. Цеплялись за камни и корни. Перебегали от дерева к дереву.

Это был какой-то кошмар. Если раньше спуски менялись подъёмами, то сейчас один изнуряющий спуск.

Отдыхали и снова сползали вниз всяческими немыслимыми способами. Спуск наш продолжался не менее двух часов. И спускались мы теперь последними.

Пришли к источнику. Опустились на скамейку. День закончился. Долго сидели молча.

Сейчас мне идёт 72-год. И только теперь я понимаю, насколько тяжелее было сестре.

Но уже на следующий день, хотя у нас ужасно болели ноги и всё тело, мы с юмором вспоминали экстремальный вызов нашему возрасту.

Особенно мы потешались над парой, не желавшей отставать от нас.




Когда, на следующий день, нас убаюкивал комфортабельный автобус по дороге домой, мы пришли к выводу, что не зря всё-таки рискнули пройти этим маршрутом.




Увидели Храм Ворота, Щель Грешников и другие памятники природы, истории и культуры, замечательные и прекрасные места священного Алханая.

Ленин тоже по тюрьмам!

Пришла как-то соседка Елена, мамина подруга, жалуется:
--Вот ведь старшие выучились. Валя – преподаватель, Коля – инженер. Зина хоть и доярка, но спокойная и добрая. А вот Витька из тюрьмы не выходит.

--Повзрослеет, поймёт, да ведь и не в кого ему хулиганить- то! – утешает мама Елену.

-- А, и то правда, - говорит Елена—Ленин ведь тоже всё по тюрьмам, да по тюрьмам. И ведь, смотри, что потом творил!

Марея и Тамарка.Рассказ сестры Ирины.

Третий брат Филипп с войны не вернулся, погиб. Жена его Марея Филиха жила, как и многие другие в военные годы. А Филихой её звали по имени мужа.

Была у них дочка Тамарка. Отчаянная девчонка, хулиганка и драчунья. В школе её побаивались, особенно моя сестрёнка Вика.

Однажды я решила проучить Тамарку. Набрала камней. Чернильницу, чтобы не разлить, и сумку отдала Вике. Сказала ей:
--Я пошла драться с Тамаркой!

Подкараулила её за старой баней. И давай там забрасывать её камнями. И она…побежала…и нажаловалась своей матери.

Пришла Марея к моей маме, та удивилась – это Ира-то с камнями!

Потом мы долго смеялись. А Тамарка присмирела после этого.