Новая селекция.

Приехала в гости к внукам в Хабаровск. Надо чем-то и себя и их занять. Порылась в шкафах. Обнаружила не нужную сумку плетёную из соломки, ветку с искусственными листьями. Рамку свободную. Можно сделать картину. Только вот нет нужного цвета ткани. Есть зелёный шёлк.

Говорю мальчишкам: сделаем розы зелёными, будто у нас новый сорт выведен. Посмеялись да и приступили к работе.

Приклеили на основание квадратик оранжевого шелка ( только на это его и хватило). Вырезали из сумки корзинку, по кромке пустили тесёмку, приклеили ручку.

Сделали из зелёного шелка несколько роз. Расположили их в рамке, уложили ветку с листьями. Всё приклеили. Вот и картина готова.

Мисс Вселенная.

Все планеты Вселенной прочными нитями связаны с мисс Вселенной. Так решили внуки, приступая к созданию этой картины. Участвовали в работе все. Кто во что горазд. И краски использовали по своему усмотрению – какие больше нравились. Заполняли все свободные места на «полотне».

И вот что получилось в результате.

Картину старшие внуки взяли с собой в Хабаровск.

Песок. Клей. Краски.

«Вид с планеты Х на планету У»

Я стою на планете Х среди диковинных скал и потрясающей красоты растений.



Снизу выплывает, светящаяся изнутри каким-то фантастическим то ли голубым, то ли бирюзовым светом, планета У. В тёмном ночном небе – хороводы других планет. И всё это - на фоне космической завораживающей мелодии.

Эту картину я подарила внукам Глебу и Артуру.

Песок. Клей. Краски.

За овчарку – 10 рублей и 1 конфету.

Шел мальчишка по узкой, почти деревенской улице. Шел один и разговаривал. Странно. Мой племянник Антошка, а было ему лет семь, заинтересовался, подошел поближе к калитке. И увидел в руках у мальчишки что-то живое. В глаза бросилось сразу – у этого живого уши торчат.

- Эй, ты! Покажи, кто это у тебя? - И Антошка выбежал на улицу, - Ой, какой красивый! Овчарка?

- А ты думал? – подтвердил мальчишка, - Если нравится – продам! Давай 10 рублей.

А, заприметив у Антошки конфету, потребовал и её в придачу. Сбегал Антошка домой за деньгами – знал, где они лежат, вручил мальчишке деньги и конфету. И получил в свои руки живой черно-коричневый комочек с торчащими ушками. Счастливый, вернулся домой.

Антошка в то время жил со своей бабушкой, моей сестрой, а так как у них уже была собачка, поселили нового жильца у нас. Наша конура какое-то время пустовала и жили мы напротив друг друга в каких-то десяти-полутора метрах.

Полюбили щенка и мы все. Однако вопреки ожиданиям племянника, Бимка вырос не выше 35 см. Взрослые Антошку не разочаровывали по поводу породы щенка, а уж когда он стал любимцем, о том и речи не могло быть.

Бимка рос здоровым, весёлым и умным. Всех забавляли его всегда торчащие ушки. Зимы у нас суровые, а Бимка не обладал пушистой хорошей шерстью. На зиму его помещали у сестры в зимовьё.

Однажды мы дом продали. Новые хозяева оставили Бимку себе, но видно очень уж ему они не понравились. Антон уже уехал. А сестра увидела такую картину: тащит Бимка в зубах огромную кость из своей конуры через дорогу к дому её. Оставил у двери в зимовьё, побежал к своей конуре. Вытащил оттуда шкурку и тащит её к зимовью. Ещё сделал два захода к прежнему местожительству. Как оказалось, был у него запас костей там, теперь они все были при нём.

Устроился Бимка на шкурке возле зимовья, положил на лапки голову, смотрит глазками-бусинками на хозяев, пошевеливает хвостиком да ушками: вот, мол, теперь я у вас буду жить.

Приняли его с радостью. Сестра всё не решалась этот вопрос решить сама, видела как Бимке там неуютно. А он сам сделал свой выбор.

Не на жизнь, а насмерть…

Эту историю нам рассказала моя сестра Ирина, когда приезжала к нам в гости из Читы около трёх лет назад. И я нет-нет да вспоминаю её – уж очень необычная, хотя мы всю жизнь прожили в деревне, и всякое бывало, но такое…

Пропалывала сестра грядки, опёрлась рукой на бочку, передохнуть пора.Взгляд упал на землю – откуда столько муравьёв, раньше их много не было. И тут она увидела, что в их действиях что-то странное. Стала наблюдать. А муравьи-то двух видов: большие рыжие и маленькие черные. Раньше больших рыжих муравьёв не встречала, а вот чёрные всегда тут водились.

И идут они навстречу друг к другу. Идут размеренно, сплочённо, как будто два войска настроились на рукопашную. Только отдельные муравьи разбегаются в стороны.

Тут уж сестра глаз с них не спускала – что же будет дальше. А дальше началось такое…

Врезался «полк» рыжих муравьёв в стан чёрных… и полетели головы чёрных муравьёв на землю. Но чёрные не собирались сдаваться – нападают на рыжих, некоторые успевают забираться на спины им, кусают, падают. Но рыжие разбивают строй чёрных, косят их, как коса траву.

Многие чёрные муравьи спасаются бегством, заползают на бочку. Силы не равные. Строй рыжих муравьёв прошелся в прямом смысле по головам чёрных. И удалился куда-то только им известным по таким же возможно «чёрным» делам.

Поле сражения выглядело ужасно. Оно было усыпано трупиками и головками чёрных муравьёв. Погибших рыжих муравьёв было очень мало. Храбро сражались чёрные муравьи. Уцелели те муравьи, что забрались на бочку и немногие, успевшие убежать в траву.

Сражение муравьёв потрясло сестру жестокостью рыжих и отвагой чёрных маленьких муравьёв. Рыжих муравьёв сестра на своём участке больше не встречала, а черные муравьи восстановили свою численность: они всё также снуют по участку.